Волшебный Форум
Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск ·
Страница 1 из 11
Форум о таро, хиромантии, рунах (практика, обучение) » Руны » Руны теория » Скандинавские мифы
Скандинавские мифы
Формула УдачиДата: Пятница, 31 Января 2014, 20:11 | Сообщение # 1





Старшая Эдда
Речи Сигрдривы


Сигурд поднялся на гору Хиндарфьялль и направился на юг во Фраккланд. На горе он увидел яркий свет, как будто горел огонь, и зарево стояло до самого неба. Когда он приблизился, он увидел ограду из щитов и в ограде - знамя. Сигурд вошел в огражденное место и увидел, что там лежит и спит человек в доспехах. Сигурд сперва снял шлем с его головы, и тут он увидел, что это женщина. Кольчуга сидела на ней крепко, словно приросла к телу. Тогда он рассек Грамом кольчугу от ворота вниз и еще поперек, по обоим рукавам. Затем он снял с нее кольчугу, и женщина проснулась, села, увидела Сигурда и сказала:
1
"Кто кольчугу рассек?
Кто меня разбудил?
Кто сбросил с меня
стальные оковы?"
[Он ответил:]
"Сигмунда сын,
рубил недавно
мясо для воронов
Сигурда меч".

2
[Она сказала:]
"Долго спала я,
долог был сон мой -
долги несчастья!
Виновен в том Один,
что руны сна
не могла я сбросить".

Сигурд сел и спросил, как ее зовут. Тогда она взяла рог, полный меда, и дала ему напиток памяти.
3
[Она сказала:]
"Славься, день!
И вы, дня сыны!
И ты, ночь с сестрою!
Взгляните на нас
благостным взором,
победу нам дайте!

4
Славьтесь, асы!
И асиньи, славьтесь!
И земля благодатная!
Речь и разум
и руки целящие
даруйте нам!"

Она назвалась Сигрдривой и была валькирией. Она рассказала, что два конунга вели войну: одного звали Хьяльм-Гуннар, он тогда был старым и очень воинственным, и Один обещал ему победу; другого звали Агнар, он был братом Ауды, и его никто не хотел взять под свою защиту. Сигрдрива погубила в битве Хьяльм-Гуннара. А Один, в отместку за это, уколол ее шипом сна и сказал, что никогда больше она не победит в битве и что будет выдана замуж. "Но я ответила ему, что дала обет не выходить замуж ни за кого, кто знает страх".
Тогда он просит поучить его мудрости, раз она знает, что нового во всех мирах. Она сказала:

5
"Клену тинга кольчуг
даю я напиток,
исполненный силы
и славы великой;
в нем песни волшбы
и руны целящие,
заклятья благие
и радости руны.

6
Руны победы,
коль ты к ней стремишься,-
вырежи их
на меча рукояти
и дважды пометь
именем Тюра!

7
Руны пива
познай, чтоб обман
тебе не был страшен!
Нанеси их на рог,
на руке начертай,
руну Науд - на ногте.

8
Рог освяти,
опасайся коварства,
лук брось во влагу;
тогда знаю твердо,
что зельем волшебным
тебя не напоят.

9
Повивальные руны
познай, если хочешь
быть в помощь при родах!
На ладонь нанеси их,
запястья сжимай,
к дисам взывая.

10
Руны прибоя
познай, чтоб спасать
корабли плывущие!
Руны те начертай
на носу, на руле
и выжги на веслах,-
пусть грозен прибой
и черны валы,-
невредимым причалишь.

11
Целебные руны
для врачевания
ты должен познать;
на стволе, что ветви
клонит к востоку,
вырежи их.

12
Познай руны речи,
если не хочешь,
чтоб мстили тебе!
Их слагают,
их составляют,
их сплетают
на тинге таком,
где люди должны
творить правосудье.

13
Познай руны мысли,
если мудрейшим
хочешь ты стать!
Хрофт разгадал их
и начертал их,
он их измыслил
из влаги такой,
что некогда вытекла
из мозга Хейддраупнира
и рога Ходдрофнира.

14
Стоял на горе
в шлеме, с мечом;
тогда голова
Мимира молвила
мудрое слово
и правду сказала,

15
что руны украсили
щит бога света,
копыто Альсвинна
и Арвака уши
и колесницу
убийцы Хрунгнира,
Слейпнира зубы
и санный подрез,

16
лапу медведя
и Браги язык,
волчьи когти
и клюв орлиный,
кровавые крылья
и край моста,
ладонь повитухи
и след помогающий,

17
стекло и золото
и талисманы,
вино и сусло,
скамьи веселья,
железо Гунгнира,
грудь коня Грани,
ноготь норны
и клюв совиный.

18
Руны разные
все соскоблили,
с медом священным
смешав, разослали,-
у асов одни,
другие у альвов,
у ванов мудрых,
у сынов человечьих.

19
То руны письма,
повивальные руны,
руны пива
и руны волшбы,-
не перепутай,
не повреди их,
с пользой владей ими;
пользуйся знаньем
до смерти богов!

20
Теперь выбирай,
коль выбор предложен,
лезвия клен,-
речь иль безмолвье;
решай, а несчастья
судьба уготовит".

21
[Сигурд сказал:]
"Не побегу,
даже смерть увидав,
я не трус от рожденья;
советы благие
твои я приму,
покуда я жив".

22
[Сигрдрива сказала:]
"Первый совет мой -
с родней не враждуй,
не мсти, коль они
ссоры затеют;
и в смертный твой час
то будет ко благу.

23
Совет мой второй -
клятв не давай
заведомо ложных;
злые побеги
у лживых обетов,
и проклят предатель.

24
А третий совет -
на тинг придешь ты,
с глупцами не спорь;
злые слова
глупый промолвит,
о зле не помыслив.

25
Но и смолчать
ты не должен в ответ,-
трусом сочтут
иль навету поверят;
славы дурной
опасайся всегда;
назавтра убей
лжеца - тем отплатишь
за подлую ложь.

26
Четвертый совет -
если в пути
ведьму ты встретишь,
прочь уходи,
не ночуй у нее,
если ночь наступила.

27
Бдительный взор
каждому нужен,
где гневные бьются;
придорожные ведьмы
воинам тупят
смелость и меч.

28
Пятый совет мой -
увидишь красивых
жен на скамьях,
да не смутится
твой сон, и объятьями
не соблазняй их!

29
Совет мой шестой -
если за пивом
свара затеется,
не спорь, если пьян,
с деревом битвы,-
хмель разуму враг.

30
Песни и пиво
для многих мужей
стали несчастьем,
убили иных
или ввергли в беду,
печальна их участь.

31
Совет мой седьмой -
если ты в распре
с мужами смелыми,
лучше сражаться,
чем быть сожженным
в доме своем.

32
Совет мой восьмой -
зла берегись
и рун коварных;
дев не склоняй
и мужниных жен
к любви запретной!

33
Девятый совет -
хорони мертвецов
там, где найдешь их,
от хвори умерших,
в волнах утонувших
и павших в бою.

34
Омой мертвецу
голову, руки,
пригладь ему волосы;
в гроб положив,
мирного сна
пожелай умершему.

35
Десятый совет -
не верь никогда
волчьим клятвам,-
брата ль убил ты,
отца ли сразил:
сын станет волком
и выкуп забудет.

36
Гнев и вражда
и обида не спят;
ум и оружие
конунгу надобны,
чтоб меж людей
первым он был.

37
Последний совет мой -
друзей коварства
ты берегись;
недолго, сдается мне,
жив будет конунг -
множатся распри".
 
зуллусДата: Пятница, 31 Января 2014, 20:12 | Сообщение # 2
Группа: Удаленные





Старшая Эдда
Поездка Брюнхильд в Хель


После смерти Брюнхильд было сложено два костра; один - для Сигурда, и этот костер сгорел первым, а Брюнхильд была сожжена на другом костре. Она была в повозке, увешанной драгоценными тканями. Говорят, что Брюнхильд поехала в этой повозке в Хель мимо двора, в котором жила некая великанша. Великанша сказала:
1
"Ты не дерзнешь
через двор мой ехать,
из камня ограда
его окружает;
ткать бы тебе
больше пристало,
чем ехать следом
за мужем чужим!

2
Зачем из Валланда
ты явилась?
Зачем, неверная,
в дом мой проникла?
Золота Вар,-
если знать ты хочешь,
руки твои
в крови человечьей!"

3
[Брюнхильд сказала:]
"Меня не кори,
в камне живущая,
за то, что бывала я
в бранных походах!
Из нас двоих лучшей
я бы казалась,
если бы люди
меня постигли".

4
[Великанша сказала:]
"Брюнхильд, дочь Будли,
для бед великих
тебе довелось
на свет родиться
ты погубила
Гьюки сынов,
ты разорила
дома их и земли".

5
[Брюнхильд сказала:]
"Мудро тебе
из повозки отвечу,
если захочешь
ты, глупая, знать,
как Гьюки сыны
меня заставляли
жить без любви
и обеты нарушить!

6
Конунг смелый
наши одежды,
восьми сестер,
под дубом схватил;
двенадцать зим
мне было в ту пору,
когда обещала я
конунгу помощь.

7
Там в Хлюмдалире
Хильд шлемоносной
меня называли
все мудрые люди.

8
В готском краю
я тогда отправила
в сторону Хель
Хьяльм-Гуннара старого,
победу отдав
Ауды брату:
очень был этим
Один разгневан.

9
Воздвиг для меня
из щитов ограду
белых и красных.
края их смыкались;
судил он тому
сон мой нарушить,
кто ничего
не страшится в жизни.

10
Вокруг ограды
велел он еще
ярко гореть
губителю дерева;
судил лишь тому
сквозь пламя проехать,
кто золото взял
из логова Фафнира.

11
Приехал герой
на Грани своем
туда, где пестун мой
правил владеньем;
лучшим он был,
бойцом храбрейшим,
викинг датский,
во всей дружине.

12
Ложились мы с ним
на ложе одно,
как если б он был
братом моим;
восемь ночей
вместе мы были -
хотя бы рукой
друг друга коснулись!

13
Гудрун, дочь Гьюки,
меня упрекала
за то, что спала я
в объятьях Сигурда;
тут я узнала -
лучше б не знать мне!
горький обман
брачного выбора.

14
Долго придется
в горькой печали
рождаться на свет
мужам и женам!
С Сигурдом я
теперь не расстанусь!
Сгинь, пропади.
великанши отродье!"
 
зуллусДата: Пятница, 31 Января 2014, 20:14 | Сообщение # 3
Группа: Удаленные





Старшая Эдда
Плач Оддрун


О Боргню и Оддрун
Одного конунга звали Хейдрек. Его дочь звали Боргню. Вильмундом звали того, кто был ее любовником. Она не могла разродиться, пока не подоспела Оддрун, сестра Атли. Оддрун была раньше возлюбленной Гуннара, сына Гьюки. Об этом здесь рассказы вается.
1
Слышал рассказ я
в древних сагах,
как дева явилась
однажды в Морналанд;
никто из людей
на земле не мог ей
дочери Хейдрека,
помощь подать.

2
Услышала Оддрун,
Атли сестра,
что тяжкие боли
деву схватили;
из стойла взяла
удилам покорного,
на вороного
седло возложила.

3
Пустила коня
по ровным путям,
пока не достигла
палат высоких;
в дом войдя,
прошла вдоль палаты,
с коня усталого
скинув седло,
и сразу сказала
слова такие:

4
"Что на земле здесь
достойно вниманья?
Какие услышу
в Хуналанд вести?"

[Служанка сказала:]
"Боргню лежит здесь,
боль ее мучит,
подруге твоей
не поможешь ли, Оддрун?"

5
[Оддрун сказала:]
"Кто же в позоре
этом повинен?
Откуда у Боргню
внезапные боли?"

6
[Служанка сказала:]
"Вильмунд зовется
воин, что деву
покровом окутывал
целых пять зим,-
в этом отцу
она не призналась".

7
Больше ни слова
они не сказали:
сев рядом с девой,
радея о помощи,
громко запела,
могуче запела
Оддрун для Боргню
благие заклятья.

8
Двойня родилась -
мальчик и девочка,
славные дети
убийцы Хёгни.
Слово промолвила
в муке предсмертной
дева, молчанье
дотоле хранившая;

9
"Пусть тебе Фригг
и Фрейя помогут
и боги другие,
благо дающие,
как ты отвела
от меня погибель!"

10
[Оддрун сказала:]
"Не потому я
пришла на помощь,
что тебя считала
того достойной;
исполнила я,
что обещала,
когда делили
добычу конунги:
всем помогать,
кто помощи ищет".

13
Села тогда
жена и скорбно
о горе своем
рассказывать стала.

14
[Оддрун сказала:]
"Вскормили меня
в княжьих хоромах -
всем на радость -
по воле людей.
Владела я счастьем
и отчей землей
всего лишь пять лет,
пока жив был отец мой.

15
Последнее слово
конунг промолвил,
пред смертью своей
так повелел он:
надеть мне уборы
из красного золота
и замуж идти мне
за сына Гримхильд;

16(2)
сказал, что другой
на свете не будет
девы, мне равной,
коль не умру я".

11
[Боргню сказала:]
"Безумна ты, Оддрун,
твой разум затмился,-
зачем ты, озлобясь,
меня осуждаешь?
А я от тебя
оторваться не в силах,
как будто отцы наши
братьями были!"

12
[Оддрун сказала:]
"Я помню слова,
что ты молвила вечером,
Гуннару я
напиток готовила:
деве другой
не довелось бы
так поступить,
как я поступила.
. . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . .

16(1)
Брюнхильд он шлем
взять повелел,
сказал, что валькирией
быть суждено ей.

17
Брюнхильд в покоях
ткала покровы,
дружина и земли
ее окружали;
земля и небо
покоились мирно
в час, когда Сигурд
чертог увидел.

18
Вальским клинком
воин ударил,
Брюнхильд палаты
были разрушены;
следом затем
все она сведала,
как ей чинили
обманные козни.

19
За это она
отомстила жестоко,
все испытали мы
беды великие:
в мире повсюду
молва разнесется,
как Брюнхильд себя
убила на Сигурде!

20
Гуннар был дорог
мне, как Брюнхильд
должен был конунг
стать дорогим.

21
Много колец
красного золота
и выкуп большой
брату предложен был;
а мне предложил он
пятнадцать дворов
и Грани поклажу,
когда б пожелала я.

22
Но Атли сказал,
что от Гьюки сынов
взять никогда
не захочет он вена.
А мы побороть
любовь не могли,
и я к плечу
князя прильнула.

23
Многие родичи
речи вели
о том, что вместе
видели нас;
И Атли молвил,
что мне не пристали
греховный поступок
И дело позорное.

24
Но отрекаться
нельзя от любви,
где править людьми
она начинает!

25
Атли своих
послал соглядатаев
тайно за мною
в темную чащу,-
пришли,- хоть туда
идти бы не след им,-
когда наш покров
постлать мы хотели.

26
Красные им
посулили мы кольца,
чтоб скрыли они
от Атли, что видели,
но поспешили
посланцы Атли
в дом возвратиться
и все рассказать.

27
Но Гудрун от них
ничего не узнала,
а ей бы вдвойне
пристало то ведать.

28
Цокот раздался
копыт золотых,
прибыли к нам
наследники Гьюки,-
вырвали сердце
из ребер у Хёгни,
в ров змеиный
Гуннара ввергли.

29
Случилось тогда
быть мне у Гейрмунда,
там я питье
принялась готовить,
а Гуннар играть
на арфе начал,-
подумал он, видно,
конунг великий,
что помощь ему
оказать поспешу я.

30
Ко мне донеслись
с острова Хлесей
струн голоса,
горестно певшие;
служанкам велела
в дорогу собраться,
князя от смерти
хотела спасти я!

31
Ладья поплыла
через пролив,
пока не достигла
Атли палат.

32
Но тут приползла
коварная мать
конунга Атли,-
истлеть бы проклятой!-
Гуннару в сердце
жало вонзила,
и конуга я
спасти не могла.

33
Нередко дивлюсь,
как ныне могу я,
женщина, в горести
жить и томиться,
если властитель,
мечи вручавший,
в битвах могучий,
как жизнь, мне был дорог!

34
Слушала ты
скорбные речи
о горестных судьбах
моих и родни моей.
Желанья людские
жизнью правят -
так кончается
Оддрун плач".
 
зуллусДата: Пятница, 31 Января 2014, 20:16 | Сообщение # 4
Группа: Удаленные





Старшая Эдда
Гренландская Песнь об Атли


Смерть Атли
Гудрун, дочь Гьюки, отомстила за своих братьев, как об этом много рассказывалось: она убила сначала сыновей Атли, а потом самого Атли и сожгла его палаты и всю его дружину. Об этом сложена такая песнь:
1
Атли когда-то
отправил к Гуннару
хитрого мужа
по имени Кнефрёд;
в вотчину Гьюки,
к Гуннару прибыл он,
в дом, к очагу,
к вкусному пиву.

2
Дружинники пили
в вальгалле вино
и гуннам не верили,
молчали предатели;
Кнефрёд воскликнул
недобрым голосом,-
на высокой скамье
сидел южанин.

3
"Атли я послан
сюда с порученьем,
верхом проскакал я
сквозь чащу Мюрквид
просить вас с Гуннаром
к Атли в гости,
в дом свой зовет он
вас, шлемоносные!

4
Дадут вам щиты
и пики на выбор,
в золоте шлемы,
попоны расшитые,
множество гуннов,
рубахи червленые,
стяги на копьях,
ретивых коней!

5
Широкое даст
Гнитахейд поле,
пики звенящие,
челны златоносные.
золота груды,
и Данпа земли,
и лес знаменитый,
что Мюрквид зовется!"

6
Гуннар тогда
повернулся к Хёгни:
"Что скажешь,
брат младший?
Не знаю я золота
с полей Гнитахейд,
что нашей добычей
давно бы не стало!

7
У нас семь палат,
полных мечами,
их рукояти
в резьбе золотой,
конь мой, я знаю,
коней всех ретивей,
острее мой меч,
красивей мой шлем
из Кьярова дома,
кольчуги из золота,
и лук мой лучше
всех гуннских луков!"

8
[Хёгни сказал:]
"Почему нам жена
кольцо прислала
в волчьей одежде?
Остеречь нас хотела?
Волос вплетен был
волчий в кольцо -
по волчьей тропе
придется нам ехать!"

9
Не подстрекали
родичи Гуннара,
молчали советчики,
воины смелые;
велел тогда Гуннар,
как должно владыке
от щедрой души,
на пиршестве княжьем:

10
"Фьёрнир, вставай!
Пусть вкруговую
ковши золотые
пойдут по рукам!

11
Пусть волки наследье
отнимут у Нифлунгов -
серые звери,-
коль я останусь!
Пусть мирные хижины
станут добычей
белых медведей,
коль я не поеду!"

12
Простились люди
с конунгом, плача,
когда уезжал он
из гуннского дома;
сказал тогда юный
наследник Хёгни:
"Путь свой вершите,
как дух вам велит!"

13
Рысью пустили
резвых коней
по горным склонам
сквозь чащу Мюрквид;
Хунмарк дрожал
от топота конского,
гнали покорных
по травам зеленым.

14
Атли владенья
они увидели,
воинов Бикки
на стенах высоких;
в палатах южан
скамьи поставлены,
на стенах тарчи,
щиты и доспехи,
стяги на копьях;
Атли там пил
в вальгалле вино;
стража была
наготове снаружи,
чтоб Гуннара встретить,
когда бы затеял он
с конунгом битву.

15
Первой сестра
братьев приметила -
хмельной не была она -
у входа в палату:
"Гуннар, ты предан!
Гунны коварны,
не справишься с ними,-
спасайся скорее!

16
Лучше б тебе
кольчугу надеть,
а не шлем, окованный
кольцами золота,
ясные дни
проводил бы в седле,
дал бы бледные трупы
норнам оплакивать,
дев гуннских воинственных
впряг в борону бы,
вверг бы ты Атли
в ров змеиный,
а ныне вы сами
в него попадаете!"

17
[Гуннар сказал:]
"Не успеть мне, сестра,
Нифлунгов кликнуть,
далеко искать
удалую дружину,
с холмов красных Рейна
воинов храбрых!"

18
Схвачен был Гуннар,
накрепко скован,
друг бургундов,
связан надежно.

19
Хёгни сразил
мечом семерых,
восьмого спихнул
в огонь пылавший.
Так должен смелый
сражаться с врагом,
как Хёгни бился,
себя защищая.
. . . . . . . . . .

20
Спросили, не хочет ли
готов властитель
золото дать,
откупиться от смерти.

21
[Гуннар сказал:]
"Пусть сердце Хёгни
в руке моей будет,
сердце кровавое
сына конунга,
острым ножом
из груди исторгнуто".

22
Вырвали сердце
у Хьялли из ребер,
на блюде кровавое
подали Гуннару.

23
Гуннар воскликнул,
владыка дружины:
"Тут лежит сердце
трусливого Хьялли,
это не сердце
смелого Хёгни,-
даже на блюде
лежа, дрожит оно,-
у Хьялли в груди
дрожало сильнее!"

24
Вождь рассмеялся -
страха не ведал он,-
когда грудь рассекли
дробящего шлемы
и сердце на блюде
подали Гуннару.

25
Гуннар сказал,
славный Нифлунг?
"Тут лежит сердце
смелого Хёгни,
это не сердце
трусливого Хьялли,
оно но дрожит,
лежа на блюде,
как не дрожало
и прежде, в груди его!

26
Атли, ты радости
так не увидишь,
как не увидишь
ты наших сокровищ!
Я лишь один,
если Хёгни убит,
знаю, где скрыто
сокровище Нифлунгов!

27
Был жив он - сомненье
меня донимало,
нет его больше -
нет и сомненья:
останется в Рейне
раздора металл,-
в реке быстроводной
асов богатство!
Пусть в водах сверкают
вальские кольца,
а не на руках
отпрысков гуннских!"

28(1)
[Атли сказал:]
"Готовьте повозку,
пленник закован!"

29
Атли могучий
ехал на Глауме,
[непонятное место]
Гудрун богов
. . . . . . . . . . . . . .
слез не лила,
войдя в палату.

30
[Гудрун сказала:]
"Клятвы тебя
пусть покарают,
которые Гуннару
часто давал ты,
клялся ты солнцем,
Одина камнем,
ложа конем
и Улля кольцом!"

28(2)
И стража сокровищ,
Одина битвы,
поводья рвущий
на гибель повез.

31
Воины конунга
взяли живого,
в ров положили.
где ползали змеи;
в гневе один
Гуннар остался,
пальцами струн
на арфе касаясь;
струны звенели;
так должен смелый -
кольца дарящий -
добро защищать!

32
Атли направил
в путь обратный
коня своего
после убийства.
С топотом копи
теснились в ограде,
звенели доспехи
дружины вернувшейся.

33
Вышла Гудрун,
чтоб Атли встретить
с кубком в руках
золотым, как пристало;
"Конунг, прими
в палатах твоих
от Гудрун зверенышей,
в сумрак ушедших!"

34
Звенели чаши,
от пива тяжелые,
когда собрались
гунны усатые,
в палате толпились
храбрые воины.

35
Плавно вошла
с питьем яснолицая,
еду подала
побледневшему Атли,
сказала ему
слова оскорбленья:

36
"С медом ты съел
сердца сыновей -
кровавое мясо,
мечи раздающий!
Перевари теперь
трупную пищу,
что съедена с пивом,
и после извергни!

37
Не подзовешь,
не возьмешь на колени
Эйтиля с Эрпом,
веселых от пива;
не увидишь, как дротики
крепят на древки,
гривы стригут,
скачут верхом!"

38
Вопили неистово
люди в палате,
коврами увешанной,
плакали гунны;
одна только Гудрун
не стала оплакивать
братьев смелых
и милых сынов,
юных, немудрых,
от Атли рожденных

39
Золото сеяла
лебяжьебелая,
челяди кольца
дарила червонные;
судьбе покорясь,
раздавала сокровища,
капищ она
не жалела, щедрая.

40
Атли беспечный
пьян был от пива,
меча не схватил,
не противился Гудрун
иными бывали
их прежние встречи,
когда он при всех
обнимал ее нежно!

41
Постель она с лезвия
кровью насытила
рукой, в Хель ведущей,
выгнала псов,
дверь заперла,
подняла домочадцев,
дом запалила
в отплату за братьев.

42
Всех предала
огню, кто вернулся
из Мюркхейма вспять
после Гуннара смерти;
рушились балки,
дымилось капище,
Будлунгов двор,
щитоносные девы
падали мертвые
в жаркое пламя.

43
Довольно об этом!
Жены другие
кольчуг не наденут
для мести подобной!
Трем конунгам смерть
она принесла,
прежде чем гибель
ее постигла!

Еще подробнее об этом рассказано в
Гренландских Речах Атли.
 
МалеДата: Пятница, 31 Января 2014, 22:01 | Сообщение # 5
Группа: Удаленные





Понять бы все это, было бы здорово)))
 
зуллусДата: Четверг, 20 Февраля 2014, 19:48 | Сообщение # 6
Группа: Удаленные





Прорицание вёльвы

1.Внимайте мне все
священные роды,
великие с малыми
Хеймдалля дети!
Один, ты хочешь,
чтоб я рассказала
о прошлом всех сущих,
о древнем, что помню.

2.Великанов я помню,
рожденных до века,
породили меня они
в давние годы;
помню девять миров
и девять корней
и древо предела,
еще не проросшее.

3.В начале времен
не было в мире
ни песка, ни моря,
ни волн холодных.
Земли еще не было
и небосвода,
бездна зияла,
трава не росла.

4.Пока сыны Бора,
Мидгард создавшие
великолепный,
земли не подняли,
солнце с юга
на камни светило,
росли на земле
зеленые травы.

5.Солнце, друг месяца,
правую руку
до края небес
простирало с юга;
солнце не ведало,
где его дом,
звезды не ведали,
где им сиять,
месяц не ведал
мощи своей.

6.Тогда сели боги
на троны могущества
и совещаться
стали священные,
ночь назвали
и отпрыскам ночи —
вечеру, утру
и дня середине —
прозвище дали,
чтоб время исчислить.

7.Встретились асы
на Идавёлль-поле,
капища стали
высокие строить,
сил не жалели,
ковали сокровища,
создали клещи,
орудья готовили.

8.На лугу, веселясь,
в тавлеи играли,
все у них было
только из золота, —
пока не явились
три великанши,
могучие девы
из Ётунхейма.

9.Тогда сели боги
на троны могущества
и совещаться
стали священные:
кто должен племя
карликов сделать
из Бримира крови
и кости Блаина.

10.Модсогнир старшим
из племени карликов
назван тогда был,
а Дурин — вторым;
карлики много
из глины слепили
подобий людских,
как Дурин велел.

11.Нии и Ниди,
Нордри и Судри,
Аустри и Вестри,
Альтьов, Двалин,
Нар и Наин,
Нипинг, Даин,
Бивур и Бавур,
Бёмбур, Нори,
Ан и Анар,
Оин,Мьедвитнир,

12.Гандальв и Вейг,
Виндальв, Торин,
Трор и Траин,
Текк, Вит и Лит,
Нюр и Нюрад —
вот я карликов —
Регин и Радсвинн —
всех назвала.

13.Фили и Кили,
Фундин, Нали,
Хефти, Вили,
Ханар, Свиор,
Биллинг, Бруни,
Бильд и Бури,
Фрар и Хорнбори,
Фрег и Лони,
Аурванг, Яри,
Эйкинскьяльди.

14.Еще надо карликов
Двалина войска
роду людскому
назвать до Ловара;
они появились
из камня земли,
пришли через топь
на поле песчаное.

15.Это был Драупнир
и Дольгтрасир с ним,
Хар и Хаугспори,
Хлеванг и Глои,
Дори и Ори,
Дув и Андвари,
Скирвир, Вирвир,
Скафинн и Аи,

16.Альв и Ингви,
Эйкинскьяльди,
Фьялар и Фрости,
Финн и Гиннар;
перечень этот
предков Ловара
вечно пребудет,
пока люди живы.

17.И трое пришло
из этого рода
асов благих
и могучих к морю,
бессильных увидели
на берегу
Аска и Эмблу,
судьбы не имевших.

18.Они не дышали,
в них не было духа,
румянца на лицах,
тепла и голоса;
дал Один дыханье,
а Хёнир — дух,
а Лодур — тепло
и лицам румянец.

19.Ясень я знаю
по имени Иггдрасиль,
древо, омытое
влагою мутной;
росы с него
на долы нисходят;
над источником Урд
зеленеет он вечно.

20.Мудрые девы
оттуда возникли,
три из ключа
под древом высоким;
Урд имя первой,
вторая Верданди, —
резали руны, —
Скульд имя третьей;
судьбы судили,
жизнь выбирали
детям людей,
жребий готовят.

21.Помнит войну она
первую в мире:
Гулльвейг погибла,
пронзенная копьями,
жгло ее пламя
в чертоге Одина,
трижды сожгли ее,
трижды рожденную,
и все же она
доселе живет.

22.Хейд ее называли,
в домах встречая, —
вещей колдуньей, —
творила волшбу
жезлом колдовским;
умы покорялись
ее чародейству
злым женам на радость.

23.Тогда сели боги
на троны могущества
и совещаться
стали священные:
стерпят ли асы
обиду без выкупа
иль боги в отмщенье
выкуп возьмут.

24.В войско метнул
Один копье,
это тоже свершилось
в дни первой войны;
рухнули стены
крепости асов,
ваны в битве
врагов побеждали.

25.Тогда сели боги
на троны могущества
и совещаться
священные стали:
кто небосвод
сгубить покусился
и Ода жену
отдать великанам?

26.Разгневанный Тор
один начал битву —
не усидит он,
узнав о подобном! —
крепкие были
попраны клятвы,
тот договор,
что досель соблюдался.

27.Знает она,
что Хеймдалля слух
спрятан под древом,
до неба встающим;
видит, что мутный
течет водопад
с залога Владыки, —
довольно ль вам этого?

28.Она колдовала
тайно однажды,
когда князь асов
в глаза посмотрел ей:
«Что меня вопрошать?
Зачем испытывать?
Знаю я, Один,
где глаз твой спрятан:
скрыт он в источнике
славном Мимира!»
Каждое утро
Мимир пьет мед
с залога Владыки —
довольно ль вам этого?

29.Один ей дал
ожерелья и кольца,
взамен получил
с волшбой прорицанья, —
сквозь все миры
взор ее проникал.

30.Валькирий видала
из дальних земель,
готовых спешить
к племени готов;
Скульд со щитом,
Скёгуль другая,
Гунн, Хильд и Гёндуль
и Гейрскёгуль.
Вот перечислены
девы Одина,
любо скакать им
повсюду, валькириям.

31.Видала, как Бальдр,
бог окровавленный,
Одина сын,
смерть свою принял:
стройный над полем
стоял, возвышаясь,
тонкий, прекрасный
омелы побег.

32.Стал тот побег,
тонкий и стройный,
оружьем губительным,
Хёд его бросил.
У Бальдра вскоре
брат народился, —
ночь проживя,
он начал сражаться.

33.Ладоней не мыл он,
волос не чесал,
пока не убил
Бальдра убийцу;
оплакала Фригг,
в Фенсалир сидя,
Вальгаллы скорбь —
довольно ль вам этого?

34.Сплел тогда Вали.
страшные узы,
крепкие узы
связал из кишок.

35.Пленника видела
под Хвералундом,
обликом схожего
с Локи зловещим;
там Сигюн сидит,
о муже своем
горько печалясь, —
довольно ль вам этого?

36.Льется с востока
поток холодный,
мечи он несет, —
Слид ему имя.

37.Стоял на севере
в Нидавеллир
чертог золотой, —
то карликов дом;
другой же стоял
на Окольнир дом,
чертог великанов,
зовется он Бримир.

38.Видела дом,
далекий от солнца,
на Береге Мертвых,
дверью на север;
падали капли
яда сквозь дымник,
из змей живых
сплетен этот дом.

39.Там она видела —
шли чрез потоки
поправшие клятвы,
убийцы подлые
и те, кто жен
чужих соблазняет;
Нидхёгг глодал там
трупы умерших,
терзал он мужей —
довольно ль вам этого?

40.Сидела старуха
в Железном Лесу
и породила там
Фенрира род;
из этого рода
станет один
мерзостный тролль
похитителем солнца.
 
зуллусДата: Четверг, 20 Февраля 2014, 19:49 | Сообщение # 7
Группа: Удаленные





41.Будет он грызть
трупы людей,
кровью зальет
жилище богов;
солнце померкнет
в летнюю пору,
бури взъярятся —
довольно ль вам этого?

42.Сидел на холме,
на арфе играл
пастух великанши,
Эггдер веселый;
над ним распевал
на деревьях лесных
кочет багряный
по имени Фьялар.

43.Запел над асами
Гуллинкамби,
он будит героев
Отца Дружин;
другой под землей
первому вторит
петух черно-красный
у Хель чертога.

44.Гарм лает громко
у Гнипахеллира,
привязь не выдержит —
вырвется Жадный.
Ей многое ведомо,
все я провижу
судьбы могучих
славных богов.

45.Братья начнут
биться друг с другом,
родичи близкие
в распрях погибнут;
тягостно в мире,
великий блуд,
век мечей и секир,
треснут щиты,
век бурь и волков
до гибели мира;
щадить человек
человека не станет.

46.Игру завели
Мимира дети,
конец возвещен
рогом Гьяллархорн;
Хеймдалль трубит,
поднял он рог,
с черепом Мимира
Один беседует.

47.Трепещет Иггдрасиль,
ясень высокий,
гудит древний ствол,
турс вырывается.
В ужасе все
на дорогах в Хель,
прежде чем Сурта
родич заглотит.

48.Что же с асами?
Что же с альвами?
Гудит Ётунхейм,
асы на тинге;
карлики стонут
пред каменным входом
в скалах родных —
довольно ль вам этого?

49.Гарм лает громко
у Гнипахеллира,
привязь не выдержит —
вырвется Жадный.
Ей многое ведомо,
все я провижу
судьбы могучих
славных богов.

50.Хрюм едет с востока,
щитом заслонясь;
Ёрмунганд гневно
поворотился;
змей бьет о волны,
клекочет орел,
павших терзает;
Нагльфар плывет.

51.С востока в ладье
Муспелля люди
плывут по волнам,
а Локи правит;
едут с Волком
сыны великанов,
в ладье с ними брат
Бюлейста едет.

52.Сурт едет с юга
с губящим ветви,
солнце блестит
на мечах богов;
рушатся горы,
мрут великанши;
в Хель идут люди,
расколото небо.

53.Настало для Хлин
новое горе,
Один вступил
с Волком в сраженье,
а Бели убийца
с Суртом схватился, —
радости Фригг
близится гибель.

54.Гарм лает громко
у Гнипахеллира,
привязь не выдержит —
вырвется Жадный.
Ей многое ведомо,
все я провижу
судьбы могучих
славных богов.

55.Сын тут приходит
Отца Побед,
Видар, для боя
со зверем трупным;
меч он вонзает,
мстя за отца, —
в сердце разит он
Хведрунга сына.

56.Тут славный приходит
Хлодюн потомок,
со змеем идет
биться сын Одина,
в гневе разит
Мидгарда страж,
все люди должны
с жизнью расстаться, —
на девять шагов
отступает сын Фьёргюн,
змеем сраженный —
достоин он славы.

57.Солнце померкло,
земля тонет в море,
срываются с неба
светлые звезды,
пламя бушует
питателя жизни,
жар нестерпимый
до неба доходит.

58.Гарм лает громко
у Гнипахеллира,
привязь не выдержит —
вырвется Жадный.
Ей многое ведомо,
все я провижу
судьбы могучих
славных богов.

59.Видит она:
вздымается снова
из моря земля,
зеленея, как прежде;
падают воды,
орел пролетает,
рыбу из волн
хочет он выловить.

60.Встречаются асы
на Идавёлль-поле,
о поясе мира
могучем беседуют
и вспоминают
о славных событьях
и рунах древних
великого бога.

61.Снова найтись
должны на лугу
в высокой траве
тавлеи золотые,
что им для игры
служили когда-то.

62.Заколосятся
хлеба без посева,
зло станет благом,
Бальдр вернется,
жить будет с Хёдом
у Хрофта в чертогах,
в жилище богов —
довольно ль вам этого?

63.Хёнир берет
прут жеребьевый,
братьев обоих
живут сыновья
в доме ветров —
довольно ль вам этого?

64.Чертог она видит
солнца чудесней,
на Гимле стоит он,
сияя золотом:
там будут жить
дружины верные,
вечное счастье
там суждено им.

65.Нисходит тогда
мира владыка,
правящий всем
властелин могучий.

66.Вот прилетает
черный дракон,
сверкающий змей
с Темных Вершин;
Нидхёгг несет,
над полем летя,
под крыльями трупы —
пора ей исчезнуть.
 
зуллусДата: Четверг, 20 Февраля 2014, 19:50 | Сообщение # 8
Группа: Удаленные





Примечания:

«Прорицание вёльвы» — самая знаменитая из песен «Старшей Эдды». Она содержит картину истории мира от сотворения и золотого века (т. е. того, что вёльва «помнит» или «видела») до его трагического конца — так называемой «гибели богов» — и второго рождения, которое должно быть торжеством мира и справедливости (т. е. того, что вёльва «видит»). Песнь представляет собой богатейшую и единственную в своем роде сокровищницу мифологических сведений.
Большинство исследователей склоняется сейчас к тому, что песнь эта возникла в Исландии в эпоху, переломную между язычеством и христианством, а именно во второй половине или конце Х в., и что она в основном языческая, хотя возможно, что некоторые ее элементы — такие, как идея вины и наказания, осуждения жажды золота, признание женщины виновницей всех бед, — неосознанно заимствованы из христианской религии.
Некоторые строфы в издании 1975 г. были переставлены местами.
Вёльва — прорицательница, колдунья. Вся песнь вложена в уста вёльвы, которая вещает, выполняя просьбу Одина, причем она то говорит о себе в первом лице («великанов я помню» и т. п.), то в третьем («помнит войну сна» и т. п.). Такое чередование встречается в древнеисландских песнях.

1. Священные роды — боги.
Дети Хеймдалля — люди. Несмотря на большую литературу о боге Хеймдалле, сущность его неясна. Известно о нем только следующее: он «страж богов» и «светлейший из асов», люди — его «дети», он родился «от девяти матерей», перед началом гибели богов он «затрубит в свой рог».

2. Древо предела — ясень Иггдрасиль, мировое древо. Его ветви раскинуты над всем миром и кладут ему предел в пространстве. Иггдрасиль — буквально «конь Одина». Один повесился на этом древе однажды, чтобы приобрести тайные знания.

3. Вариант этой строфы:
В начале времен,
когда жил Имир,
не было в мире
ни песка, ни моря,
земли еще не было
и небосвода,
бездна зияла,
трава не росла.
…не было в мире ни песка, ни моря… — Специфически исландская черта. Для исландского пейзажа очень характерен песок (например, для исландской южной равнины).
…земли еще не было и небосвода… — В подлиннике это место почти дословно совпадает с так называемой «Вессобруннской молитвой», древневерхненемецким христианским памятником IX в. Возможно, что это место имело общегерманский прообраз.
…трава не росла. — Трава выделена особо: пастбище для скота — основа исландского хозяйства.

4. Сыны Бора — Один и его братья, Вили и Ве.
Мидгард — мир, обитаемый людьми. Буквально — «средняя ограда, среднее огороженное пространство».

5. Солнце, друг месяца. — В подлиннике — «спутник месяца». Луна считалась древней солнца, и счет велся по ночам, а не по дням.
Содержание строфы 5 истолковывают как описание полярной летней ночи: солнце катится по горизонту, как бы не зная, где ему зайти, а звезды и луна не светят в полную силу.

6. Отпрыски ночи. — Свет считался порождением тьмы, и поэтому день и времена дня — отпрысками ночи.

8. Три великанши. — Неясно, кто они, но, видимо, это не три норны, о которых говорится в строфе 20.
Ётунхейм — жилище или страна великанов. Ётун — великан.

9. Бримир — то же, что Имир (древнейший из великанов) (?). Блаин — другое имя Имира (?).
В строфах 10–16 перечисляются имена карликов. Некоторые имена карликов в данной туле прозрачны (они означают «северный», «южный», «восточный», «западный», «новый», «мертвый», «дружественный», «смелый», «мудрый» и т. п.), другие спорны или совсем непонятны.

17. Аск и Эмбла — первые люди на земле, буквально «ясень» и «ива».

18. Хёнир. — Несмотря на десятки попыток истолковать этого загадочного бога, сущность его остается спорной.
Лодур — фигура еще менее ясная, чем Хёнир.

19. Иггдрасиль — см. прим. к строфе 2.
Урд — одна из норн. Буквально «судьба».

20. Мудрые девы — норны, богини судьбы.
Верданди — «становление».
Скульд — «долг».

В строфах 21–24 речь идет о войне между двумя группами богов — асами и ванами. Содержание этого мифа, по-видимому, следующее. Ваны (боги Ньёрд, Фрейр и Фрейя) послали асам Гулльвейг (что значит «сила золота») — женщину, воплощающую жадность к золоту. Один пытался ее уничтожить, но она снова рождалась (строфа 21) и, под именем Хейд (обычное, имя колдуний), творила еще худшее (строфа 22). Тогда асы стали совещаться, брать ли им выкуп с ванов (по другим толкованиям — платить ли им выкуп ванам или принять их в свою среду, платить ли им выкуп ванам или взять с них выкуп, одни ли асы должны платить выкуп, и т. д., строфа 23). Соглашение не состоялось, и Один начал войну с ванами, метнув в них копье (по обычаю, вождь должен был перед началом битвы метнуть копье во вражеское войско, тем самым посвящая его богу войны). Асы терпели поражение (строфа 24), но в конце концов между асами и ванами был заключен мир, и они обменялись заложниками, которыми были Хёнир и Мимир от асов и Ньёрд и Фрейр от ванов. Ваны — явно боги плодородия. Асы — все остальные боги и обычно боги вообще.

Строфы 25–26 имеют в виду миф, известный по «Младшей Эдде». Боги договорились с одним великаном, что он построит им в определенный срок крепость, неприступную для великанов. В награду он потребовал богиню Фрейю, солнце и луну. По совету Локи боги согласились на его условия. Но когда они увидели, что великан успеет построить крепость в срок, они испугались и стали грозить Локи. Тогда Локи хитростью заставил великана опоздать к сроку. Увидев, что он обманут, великан пришел в ярость. Боги позвали на помощь Тора, и тот убил великана. Таким образом, сгубить небосвод и отдать Фрейю великанам покусился Локи. Жена Ода — Фрейя. В «Младшей Эдде» основное в этом мифе — хитрость Локи (он превратился в кобылу и отвлек коня великана от работы). В песни основное то, что боги нарушили клятвы.

27.Слух Хеймдалля. — Многие считают, что речь идет о роге, в который Хеймдалль затрубит перед началом гибели богов (см. строфу 46). Другие считают, что Хеймдалль заложил свой слух, как Один — свой глаз (см. ниже).
Залог Владыки — глаз Одина, который он оставил как залог в источнике мудреца Мимира, получив от него мудрость. Мимир был брат Бестлы, матери Одина.

28. Князь асов — Один.

29. В строфе 29 говорится о том, что Один заплатил вёльве за ее прорицание богатыми подарками.

30. Готы — воины. Название племени, знаменитого своей воинственностью, стало нарицательным.

31. Бальдр — светлый бог, сын Одина и Фригг, брат Тора.

Строфы 31–32 имеют в виду миф о его смерти, который сохранился в «Младшей Эдде». Бальдра, любимого сына Одина и Фригг, мучили зловещие сны. Он рассказал о них асам, и тогда Фригг взяла клятву со всех вещей, что они не будут вредить Бальдру. Боги забавлялись тем, что они бросали в него копьями и камнями, и ничто не вредило ему. Узнав у Фригг, что она не взяла клятвы только с побега омелы, Локи срезал его, подговорив слепого бога Хёда бросить его в Бальдра, и направил руку Хёда. Бальдр был поражен насмерть, и все боги оплакивали его. Пока его тело лежало на костре, бог Хермод по просьбе Фригг поехал к Хель, чтобы попытаться вернуть Бальдра из ее царства. Но Хель поставила условием его возвращения — чтобы все живое и мертвое в мире его оплакивало. И все живое и неживое стало его оплакивать. Но в одной пещере сидела великанша по имени Тёкк и не плакала, и это был Локи. В строфе 31 специфически исландской чертой является описание омелы как деревца, растущего в поле. Омела растет только на деревьях, но исландцы могут не знать, как она растет (она есть в Норвегии, но не в Исландии).
Брат Бальдра — Вали, сын Одина и Ринд.

33. Фенсалир — жилище Фригг.
Вальгалла — жилище Одина.

В строфах 34 и 35 речь идет о наказании Локи.
Хвералунд — «роща горячих источников». Таких источников множество в Исландии.
…обликом схожего с Локи зловещим — т. е. самого Локи.
Сигюн — жена Локи.

36. Слид — «свирепый».

37. Нидавеллир — «поля мрака».
Окольнир — «неохлаждающийся» (?).

39. Нидхёгг — черный дракон (см. строфу 66).
Содержание строфы 39 напоминает христианские описания страданий грешников в аду.

40. Железный Лес — жилище ведьм.
Фенрира род — волки. Отсюда начинается описание гибели богов. Фенрир — порождение Локи, чудовищный волк, который проглотит солнце. Его когда-то связали боги. Когда он вырвется, начнется гибель богов.

41. Жилище богов — небо.

43. Гуллинкамби — «золотой гребешок».
Герои Отца Дружин — эйнхерии, т. е. воины, живущие у Одина.
Отец дружин — Один.

44. Гарм — по мнению одних, чудовищный пес, охраняющий преисподнюю; по мнению других, волк Фенрир.
…привязь не выдержит — вырвется Жадный. — См. прим. к строфе 40.

45. В описании морального разложения, предшествующего гибели богов, усматривают христианское влияние.

46. Дети Мимира — великаны или реки и ручьи (?).
Рог Гьяллархорн — рог Хеймдалля. Его сопоставляют с трубой архангела в христианской мифологии.
Череп Мимира. — В «Саге об Инглингах» рассказывается, что асы послали Мимира заложником к ванам, те отрубили ему голову и послали назад асам, а Один сохранил ее при помощи колдовства, и она открывала ему тайны, но ср. строфу 28, где Мимир еще жив, хотя война с ванами уже позади.

47. Typc — великан, т. е. волк Фенрир.

50. Хрюм — имя великана.
Ёрмунганд — мировой змей.
Нагльфар — корабль, который будет построен из ногтей мертвецов. В Исландии до сих пор распространено поверье, что у мертвых надо обрезать ногти, дабы их не использовали злые силы.

51. Муспелль — по-видимому, имя огненного великана. В древневерхненемецком произведении Х в. встречается слово muspilli — «конец мира, страшный суд». Неясно, христианского происхождения это слово или языческого.
Брат Бюлейста — Локи.

52. Сурт — подземный великан, правящий огнем, буквально «черный». Предполагают, что он — отражение исландских вулканов.
Губящий ветви — огонь.

53. Хлин — Фригг. Ее новое горе — смерть Одина, ее старое горе — смерть Бальдра.
Убийца Бели — Фрейр. Бели — великан, которого убил Фрейр.
Радость Фригг — Один.

55. Отец Побед — Один.
Трупный зверь — волк Фенрир.
Сын Хведрунга — он же. Хведрунг — Локи.

56. Хлодюн потомок — Тор. Хлодюн, или Фьёргюн, — мать Тора.
Сын Одина — Тор.
Страж Мидгарда — Тор.

57. Питатель жизни — огонь.

60. Пояс мира — мировой змей.
Великий бог — Один.

62. Хрофт — Один.

63. …братьев обоих — Бальдра и Хёда (?).
Дом ветров — небо.

65. В строфе 65 многие видят влияние христианства.

66. Ей — вёльве, которая говорит прорицание.
 
зуллусДата: Четверг, 20 Февраля 2014, 19:51 | Сообщение # 9
Группа: Удаленные





Речи Высокого (перевод В.Тихомирова, Е. Мелетинского )

1.Прежде чем в дом
войдешь, все входы
ты осмотри,
ты огляди, —
ибо как знать,
в этом жилище
недругов нет ли.

2.Дающим привет!
Гость появился!
Где место найдет он?
Торопится тот,
кто хотел бы скорей
у огня отогреться.

3.Дорог огонь
тому, кто с дороги,
чьи застыли колени;
в еде и одежде
нуждается странник
в горных краях.

4.Гостю вода
нужна и ручник,
приглашенье учтивое,
надо приветливо
речь повести
и выслушать гостя.

5.Ум надобен тем,
кто далёко забрел, —
дома все тебе ведомо;
насмешливо будут
глядеть на невежду,
средь мудрых сидящего.

6.Умом пред людьми
похваляться не надо —
скрывать его стоит;
если мудрец
будет молчать —
не грозит ему горе,
ибо нет на земле
надежнее друга,
чем мудрость житейская.

7.Гость осторожный,
дом посетивший,
безмолвно внимает —
чутко слушать
и зорко смотреть
мудрый стремится.

8.Счастливы те,
кто заслужил
похвалу и приязнь;
труднее найти
добрый совет
в груди у других.

9.Счастливы те,
кто в жизни славны
разумом добрым;
неладный совет
часто найдешь
у другого в груди.

10.Нету в пути
драгоценней ноши,
чем мудрость житейская,
дороже сокровищ
она на чужбине —
то бедных богатство.

11.Нету в пути
драгоценней ноши,
чем мудрость житейская,
хуже нельзя
в путь запастись,
чем пивом опиться.

12.Меньше от пива
пользы бывает,
чем думают многие;
чем больше ты пьешь,
тем меньше покорен
твой разум тебе.

13.Цапля забвенья
вьется над миром,
рассудок крадет;
крылья той птицы
меня приковали
в доме у Гуннлёд.

14.Пьяным я был,
слишком напился
у мудрого Фьялара;
но лучшее в пиве —
что хмель от него
исчезает бесследно.

15.Осторожным быть должен
конунга отпрыск
и смелым в сраженье;
каждый да будет
весел и добр
до часа кончины.

16.Глупый надеется
смерти не встретить,
коль битв избегает;
но старость настанет —
никто от нее
не сыщет защиты.

17.Глазеет глупец,
приехавший в гости,
болтая иль молча;
а выпьет глоток —
и сразу покажет,
как мало в нем мудрости,

18.Знает лишь тот,
кто много земель
объездил и видел, —
коль сам он умен, —
что на уме
у каждого мужа.

19.Пей на пиру,
но меру блюди
и дельно беседуй;
не прослывешь
меж людей неучтивым,
коль спать рано ляжешь.

20.Без толку жадный
старается жрать
себе на погибель;
смеются порой
над утробой глупца
на пиршестве мудрых.

21.Знают стада,
что срок наступил
покинуть им пастбища;
а кто неумен,
меры не знает,
живот набивая.

22.Кто нравом тяжел,
тот всех осуждает,
смеется над всем;
ему невдомек,
а должен бы знать,
что сам он с изъяном.

23.Глупый не спит
всю ночь напролет
в думах докучных;
утро настанет —
где же усталому
мудро размыслить.

24.Муж неразумный
увидит приязнь
в улыбке другого;
с мудрыми сидя,
глупец не поймет
над собою насмешки.

25.Муж неразумный
увидит приязнь
в улыбке другого;
а после на тинге
едва ли отыщет
сторонников верных.

26.Муж неразумный
все знает на свете,
в углу своем сидя;
но не найдет он
достойных ответов
в дельной беседе.

27.Муж неразумный
на сборище людном
молчал бы уж лучше;
не распознать
в человеке невежду,
коль он не болтлив,
но невежда всегда
не видит того,
что болтлив он безмерно.

28.Мудрым слывет,
кто расспросит других
и расскажет разумно;
скрыть не умеют
люди в беседах,
что с ними случилось.

29.Кто молчать не умеет,
тот лишние речи
заводит нередко;
быстрый язык
накличет беду,
коль его не сдержать.

30.Насмешливых взглядов
не надо бросать
на гостей приглашенных
не спросишь иного —
он мнит, что разумен,
и мирно пирует.
 
зуллусДата: Четверг, 20 Февраля 2014, 19:51 | Сообщение # 10
Группа: Удаленные





Доволен глумливый,
коль, гостя обидев,
удрать ухитрился;
насмешник такой
не знает, что нажил
гневных врагов.
Люди друзьями
слывут, но порой
на пиру подерутся;
распри всегда
готовы возникнуть:
гость ссорится с гостем.
Рано поешь,
а в гости сбираясь,
есть надо плотно:
или голодным
будешь в гостях —
не сможешь беседовать.
Путь неблизок
к другу плохому,
хоть двор его рядом;
а к доброму другу
дорога пряма,
хоть далек его двор.
Гость не должен
назойливым быть
и сидеть бесконечно;
даже приятель
станет противен,
коль долго гостит он.
Пусть невелик
твой дом, но твой он,
и в нем ты владыка;
пусть крыша из прутьев
и две лишь козы, —
это лучше подачек.
Пусть невелик
твой дом, но твой он,
и в нем ты владыка;
кровью исходит
сердце у тех,
кто просит подачек.
Муж не должен
хотя бы на миг
отходить от оружья;
ибо как знать,
когда на пути
копье пригодится.
Не знаю радушных
и щедрых, что стали б
дары отвергать;
ни таких, что, в ответ
на подарок врученный,
подарка б не приняли.
Добра не жалей,
что нажито было,
не скорби о потере;
что другу обещано,
недруг возьмет —
выйдет хуже, чем думалось.
Оружье друзьям
и одежду дари —
то тешит их взоры;
друзей одаряя,
ты дружбу крепишь,
коль судьба благосклонна.
Надобно в дружбе
верным быть другу,
одарять за подарки;
смехом на смех
пристойно ответить
и обманом — на ложь.
Надобно в дружбе
верным быть другу
и другом друзей его;
с недругом друга
никто не обязан
дружбу поддерживать.
Если дружбу ведешь
и в друге уверен
и добра ждешь от друга, —
открывай ему душу,
дары приноси,
навещай его часто.
Но если другому
поверил оплошно,
добра ожидая,
сладкою речью
скрой злые мысли
и лги, если лжет он.
Так же и с теми,
в ком усомнишься,
в ком видишь коварство, —
улыбайся в ответ,
скрывай свои мысли, —
тем же отплачивай.
Молод я был,
странствовал много
и сбился с пути;
счел себя богачом,
спутника встретив, —
друг — радость друга.
Щедрые, смелые
счастливы в жизни,
заботы не знают;
а трус, тот всегда
спасаться готов,
как скупец — от подарка.
В поле я отдал
одежду мою
двум мужам деревянным;
от этого стали
с людьми они сходны:
жалок нагой.
Сосна, у дома
возросшая, сохнет,
корой не укрыта;
и человек,
что людям не люб, —
зачем ему жить!
Жарко приязнь
пылает пять дней
меж дурными друзьями;
а пятый прошел —
погаснет огонь,
и дружба вся врозь.
Подарок большой
не всюду пригоден,
он может быть малым;
неполный кувшин,
половина краюхи
мне добыли друга.
У малых песчинок,
у малых волн
мудрости мало;
не все мудрецы, —
глупых и умных
поровну в мире.
Следует мужу
в меру быть умным,
не мудрствуя много;
лучше живется
тем людям, чьи знанья
не слишком обширны.
Следует мужу
в меру быть умным,
не мудрствуя много;
ибо редка
радость в сердцах,
если разум велик.
Следует мужу
в меру быть умным,
не мудрствуя много;
тот, кто удел свой
не знает вперед,
всего беззаботней.
Головня головне
передать готова
пламя от пламени;
в речах человек
познает человека,
в безмолвье глупеет.
Рано встает,
кто хочет отнять
добро или жизнь;
не видеть добычи
лежачему волку,
а победы — проспавшему.
Рано встает,
кто без подмоги
к труду приступает;
утром дремота
работе помеха —
кто бодр, тот богат.
Мера бересты
и балок для кровли
известна хозяину,
и сколько потребно
в полгода поленьев
сжигать в очаге.
Сытым и чистым
на тинг собирайся,
хоть и в бедной одежде;
сапог и штанов
стыдиться не надо,
а также коня,
коль он неказист.
Вытянув шею,
орел озирает
древнее море;
так смотрит муж,
в чуждой толпе
защиты не знающий.
Вопросит и ответит
умный всегда,
коль слыть хочет сведущим;
должен один
знать, а не двое, —
у трех все проведают.
Силу свою
должен мудрец
осторожно показывать;
в том убедится
бившийся часто,
что есть и сильнейшие.
. . .
Бывает, ты слово
скажешь другому,
а после поплатишься.
Случалось, я рано
в гости являлся
иль поздно порою:
там выпили пиво,
а там не варили —
кто не мил, тот некстати.
Повсюду меня
приглашали бы в гости,
но только без трапез
иль если бы, окорок
съевши у друга,
я два отдавал бы.
Драгоценен огонь
для сынов человека
и солнца сиянье;
если телом ты здрав,
то здоровье, а также
жизнь без порока.
Хворый судьбой
не совсем обездолен:
этот счастлив сынами,
этот близкой родней,
этот богатством,
а этот деяньями.
Лучше живым быть,
нежели мертвым;
живой — наживает;
для богатого пламя,
я видел, пылало,
но ждала его смерть.
 
зуллусДата: Четверг, 20 Февраля 2014, 19:53 | Сообщение # 11
Группа: Удаленные





Лучше живым быть,
нежели мертвым;
живой — наживает;
для богатого пламя,
я видел, пылало,
но ждала его смерть.
Ездить может хромой,
безрукий — пасти,
сражаться — глухой;
даже слепец
до сожженья полезен —
что толку от трупа!
Сын — это счастье,
хотя бы на свете
отца не застал он;
не будет и камня
у края дороги,
коль сын не поставит.
Двое — смерть одному;
голове враг — язык;
под каждым плащом
рука наготове.
Ночь тому не страшна,
кто сделал запасы;
коротки реи;
ненастна ночь осенью;
сменится ветер
не раз за пять дней,
несчетно — за месяц.
Иной не постигнет,
что вреден подчас
достаток рассудку;
один — богатей,
другой же — бедняк
и в том невиновен.
Гибнут стада,
родня умирает,
и смертен ты сам;
но смерти не ведает
громкая слава
деяний достойных.
Гибнут стада,
родня умирает,
и смертен ты сам;
но знаю одно,
что вечно бессмертно:
умершего слава.
У Фитьюнга были
сыны богачами
и бедность изведали;
может внезапно
исчезнуть достаток —
друг он неверный.
Если глупцу
достается в удел
любовь иль богатство,
не добудет ума он,
но чванство умножит
и спесью прославится.
Вот что отвечу,
когда вопрошаешь
о рунах божественных,
что создали сильные,
а вырезал Вещий:
благо в молчанье.
День хвали вечером,
жен — на костре,
меч — после битвы,
дев — после свадьбы,
лед — если выдержит,
пиво — коль выпито.
Лес руби на ветру,
жди погоды для гребли,
с девой беседуй
во тьме — зорок день;
у ладьи — быстрота,
у щита — оборона,
удар — у меча,
поцелуи — у девы.
Пиво пей у огня,
по льду скользи,
коня купи тощего,
меч — заржавелый,
корми коня дома,
а пса — у чужих.
Не доверяй
ни девы речам,
ни жены разговорам —
на колесе
их слеплено сердце,
коварство в груди их.
Непрочному луку,
жаркому пламени,
голодному волку,
горластой вороне,
визжащей свинье,
стволу без корней,
встающему валу,
котлу, что кипит,
летящей стреле,
отходящему валу,
тонкому льду,
змее, что свилась,
жены объясненьям,
с изъяном мечу,
медведя проделкам,
и конунга сыну,
скотине больной,
рабу своевольному,
лести колдуньи,
врагу, что сражен,
всходам ранним
не должно нам верить,
ни сыну до срока:
погоде для сева
и сына уму
доверять не дерзай.
Брата убийце,
коль встречен он будет,
горящему дому,
коню слишком резвому, —
конь захромает —
куда он годится, —
всему, что назвал я,
верить не надо!
Женщин любить,
в обманах искусных, —
что по льду скакать
на коне без подков,
норовистом, двухлетнем
коне непокорном,
иль в бурю корабль
без кормила вести,
иль хромцу за оленем
в распутицу гнаться.
Откровенно скажу
о мужах и о женах:
мужи тоже лживы;
красно говоря,
но задумав коварство, —
улестим даже умных.
Красно говори
и подарки готовь,
чтобы жен соблазнять;
дев красоту
неустанно хваля,
будь уверен в успехе.
Никто за любовь
никогда осуждать
другого не должен;
часто мудрец
опутан любовью,
глупцу непонятной.
Мужей не суди
за то, что может
с каждым свершиться;
нередко бывает
мудрец безрассудным
от сильной страсти.
Твоей лишь душе
ведомо то,
что в сердце твоем;
худшей на свете
хвори не знаю,
чем духа томленье.
Изведал я это:
милую ждал я,
таясь в тростниках;
дороже была мне,
чем тело с душой,
но моею не стала.
Солнечноясную
Биллинга дочь
нашел я на ложе;
мне ярла власть
не была так желанна,
как светлая дева.
«Вечером, Один,
прийди, чтоб деву
к согласью склонить:
будет неладно,
если другие
про это проведают».
Ее я оставил —
казалось, от страсти
мой разум мутился;
таил я надежду,
что будет моей
дева любимая.
Вновь я пришел,
увидел, что воины
стали стеной, —
факелы блещут,
завалы из бревен
мне путь преградили.
А перед утром, —
все почивали, —
явился я вновь;
лишь сука была
привязана к ложу
девы достойной.
Девы нередко,
коль их разгадаешь,
коварство таят;
изведал я это,
деву пытаясь
к ласкам склонить;
был тяжко унижен
жестокой и все ж
не достиг я успеха.
Будь дома весел,
будь с гостем приветлив,
но разум храни;
прослыть хочешь мудрым —
в речах будь искусен, —
тебя не забудут;
глупцом из глупцов
прослывет безмолвный —
то свойственно глупым.
От старого турса
вернулся назад я;
промолчал бы — что пользы!
Но речи я вел
и удачи добился
в палатах у Суттунга.
Гуннлёд меня
угостила медом
на троне из золота;
плату недобрую
деве я отдал
за ласку, любовь,
за всю ее скорбь.
Рати клыкам
в камень велел я
крепко вгрызаться;
ётунов стены
меня обступили,
мне гибель грозила.
Хитростью вдоволь
я насладился,
все умный сумеет;
так ныне Одрёрир
в доме священном
людей покровителя.
Не удалось бы
выбраться мне
из жилья исполинов,
когда бы не помощь
Гуннлёд прекрасной,
меня обнимавшей.
Назавтра собрались
и двинулись хримтурсы
к палатам Высокого
спросить у Высокого:
Бёльверк — спросили —
вернулся к богам
иль сразил его Суттунг?
Клятву Один
дал на кольце;
не коварна ли клятва?
Напиток достал он
обманом у Суттунга
Гуннлёд на горе.
 
зуллусДата: Четверг, 20 Февраля 2014, 19:54 | Сообщение # 12
Группа: Удаленные





Пора мне с престола
тула поведать
у источника Урд;
смотрел я в молчанье,
смотрел я в раздумье,
слушал слова я;
говорили о рунах,
давали советы
у дома Высокого,
в доме Высокого
так толковали:
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
ночью вставать
по нужде только надо
иль следя за врагом.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
с чародейкой не спи,
пусть она не сжимает
в объятьях тебя.
Заставит она
тебя позабыть
о тинге и сходках;
есть не захочешь,
забудешь друзей,
сон горестным станет.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
чужую жену
не должен ты брать
в подруги себе.
Советы мои
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
в горах ли ты едешь
или по фьордам —
еды бери вдоволь.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
с дурным человеком
несчастьем своим
делиться не должно;
ведь люди дурные
тебе не отплатят
добром за доверье.
Я видел однажды,
как муж был погублен
злой женщины словом;
коварный язык
уязвил клеветой,
обвиняя облыжно.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
есть друг у тебя,
кому доверяешь, —
навещай его часто;
высокой травой
и кустами покрыты
неторные тропы.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
с мужем достойным
мирно беседуй,
добивайся доверья.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
дружбу блюди
и первым ее
порвать не старайся;
скорбь твое сердце
сожжет, коль не сможешь
другу довериться.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
глупцу не перечь,
с мужем неумным
в спор не вступай,
ибо дурной
тебе не отплатит
благом за благо,
а добрый ответит
на дружбу всегда
похвалой и приязнью.
Хорошему другу
что только хочешь
правдиво поведай;
всегда откровенность
лучше обмана;
не только приятное
другу рассказывай.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
с тем, кто хуже тебя,
спорить не надо;
нападет негодяй,
а достойный уступит.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
обтесывай древки
и обувь готовь
лишь себе самому;
если обувь плоха
или погнуто древко —
проклятья получишь.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
злые поступки
злыми зови,
мсти за злое немедля.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
дурным никогда
доволен не будь,
дорожи только добрым.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь;
вверх не смотри,
вступая в сраженье, —
нс сглазил бы враг, —
воины часто
разум теряют.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
если встречи с красавицей
ищешь и ею
насладиться намерен —
обещанья давай
и крепко держи их!
Добро не прискучит.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
будь осторожен,
но страха чуждайся,
пиву не верь
и хитрому вору,
не доверяй
и жене другого.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
потешаться не вздумай
над путником дальним,
глумиться над гостем.
Не ведают часто
сидящие дома,
кто путник пришедший;
изъян и у доброго
сыщешь, а злой
не во всем нехорош.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
над седым стариком
никогда не смейся;
цени слово старца;
цедится мудрость
из старого меха,
что висит возле шкур,
качаясь средь кож,
с сычугами в соседстве.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
над гостями не смейся,
в дверь не гони их,
к несчастным будь щедр.
Ворота сломаешь,
коль всех без разбора
впускать будешь в дом;
кольцо подари,
не то пожеланья
плохие получишь.
Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
на пользу их примешь,
коль ты их поймешь:
если ты захмелел —
землей исцелишься,
ведь землей лечат хмель,
а пламенем — хвори,
понос лечат дубом,
колосьями — порчу,
безумье — луной,
бузиною — желтуху,
червями — укусы
и рунами — чирьи,
земля ж выпьет влагу.
Знаю, висел я
в ветвях на ветру
девять долгих ночей,
пронзенный копьем,
посвященный Одину,
в жертву себе же,
на дереве том,
чьи корни сокрыты
в недрах неведомых.
Никто не питал,
никто не поил меня,
взирал я на землю,
поднял я руны,
стеная их поднял —
и с древа рухнул.
Девять песен узнал я
от сына Бёльторна,
Бестлы отца,
меду отведал
великолепного,
что в Одрёрир налит.
Стал созревать я
и знанья множить,
расти, процветая;
слово от слова
слово рождало,
дело от дела
дело рождало.
Руны найдешь
и постигнешь знаки,
сильнейшие знаки,
крепчайшие знаки,
Хрофт их окрасил,
а создали боги
и Один их вырезал,
Один у асов,
а Даин у альвов,
Двалин у карликов,
у ётунов Асвид,
и сам я их резал.
Умеешь ли резать?
Умеешь разгадывать?
Умеешь окрасить?
Умеешь ли спрашивать?
Умеешь молиться
и жертвы готовить?
Умеешь раздать?
Умеешь заклать?
Хоть совсем не молись,
но не жертвуй без меры,
на дар ждут ответа;
совсем не коли,
чем без меры закалывать.
Так вырезал Тунд
до рожденья людей;
вознесся он там,
когда возвратился.
Заклинанья я знаю —
не знает никто их,
даже конунгов жены;
помощь — такое
первому имя —
помогает в печалях,
в заботах и горестях.
Знаю второе, —
оно врачеванью
пользу приносит.
Знаю и третье, —
оно защитит
в битве с врагами,
клинки их туплю,
их мечи и дубины
в бою бесполезны.
Четвертое знаю, —
коль свяжут мне члены
оковами крепкими,
так я спою,
что мигом спадут
узы с запястий
и с ног кандалы.
И пятое знаю, —
коль пустит стрелу
враг мой в сраженье,
взгляну — и стрела
не долетит,
взору покорная.
Знаю шестое, —
коль недруг корнями
вздумал вредить мне, —
немедля врага,
разбудившего гнев мой,
несчастье постигнет.
Знаю седьмое, —
коль дом загорится
с людьми на скамьях,
тотчас я пламя
могу погасить,
запев заклинанье.
Знаю восьмое, —
это бы всем
помнить полезно:
где ссора начнется
средь воинов смелых,
могу помирить их.
Знаю девятое, —
если ладья
борется с бурей,
вихрям улечься
и волнам утихнуть
пошлю повеленье.
Знаю десятое, —
если замечу,
что ведьмы взлетели,
сделаю так,
что не вернуть им
душ своих старых,
обличий оставленных.
Одиннадцатым
друзей оберечь
в битве берусь я,
в щит я пою, —
побеждают они,
в боях невредимы,
из битв невредимы
прибудут с победой.
Двенадцатым я,
увидев на дереве
в петле повисшего,
так руны вырежу,
так их окрашу,
что он оживет
и беседовать будет.
Тринадцатым я
водою младенца
могу освятить, —
не коснутся мечи его,
и невредимым
в битвах он будет.
Четырнадцатым
число я открою
асов и альвов,
прозванье богов
поведаю людям, —
то может лишь мудрый.
Пятнадцатое
Тьодрёрир пел
пред дверью Деллинга;
напел силу асам,
и почести — альвам,
и Одину — дух.
Шестнадцатым я
дух шевельну
девы достойной,
коль дева мила,
овладею душой,
покорю ее помыслы.
Семнадцатым я
опутать смогу
душу девичью;
те заклятья, Лоддфафнир,
будут тебе
навек неизвестны;
хотя хороши они,
впрок бы принять их,
на пользу усвоить.
Восемнадцатое
ни девам, ни женам
сказать не смогу я, —
один сбережет
сокровеннее тайну, —
тут песня пресеклась —
откроюсь, быть может,
только жене
иль сестре расскажу.
Вот речи Высокого
в доме Высокого,
нужные людям,
ненужные ётунам.
Благо сказавшему!
Благо узнавшим!
Кто вспомнит — воспользуйся!
Благо внимавшим!
 
зуллусДата: Четверг, 20 Февраля 2014, 19:54 | Сообщение # 13
Группа: Удаленные





Комментарии и примечания:

Эта самая длинная из песен «Старшей Эдды» явно представляет собой конгломерат из элементов разного характера и разного происхождения.

Строфы 1–95 и 103. Эта часть представляет собой собрание строф, содержание которых — правила житейской мудрости. Едва ли название «Речи Высокого» (т. е. речи Одина) относится к этой части: «я», которое кое-где появляется здесь, не проявляет ничего характерного для Одина. По общему мнению, в этой части нет никаких следов влияния христианства. Впрочем, нет в ней также и упоминаний языческих богов или мифов и веры в магию или силу судьбы. В некоторых из строф проглядывают черты природы (норвежской, а не исландской). Обычно считается, что эта часть — древнейший слой в «Старшей Эдде».

Строфы 96–102. Строфы 84 и 91–95 образуют как бы переход к рассказу Одина о том, как его обманула одна женщина — дочь (или жена?) некоего Биллинга. Никакой мифологической основы здесь, по-видимому, нет, и возник этот рассказ, вероятно, уже в христианскую эпоху.

Строфы 104–110. В этой части Один рассказывает о том, как он соблазнил Гуннлёд, дочь великана Суттунга, и благодаря этому добыл мед поэзии. Миф о том, как Один добыл мед поэзии, подробно рассказывается в «Младшей Эдде».

Строфы 112–137 (Loddfáfnismál). Эта часть представляет собой ряд жизненных советов, которые «я» (но едва ли Один) дает некоему Лоддфафниру. Советы эти более дидактичны, чем правила житейской мудрости в первой части «Речей Высокого». Предполагают, что они представляют собой переработку каких-то более древних гномических строф.

Строфы 138–145. Эта часть состоит из рассказа Одина о том, как он принес самого себя в жертву, повесившись на мировом древе, чтобы обрести знание рун, и нескольких строф о рунах и жертвоприношениях. По-видимому, это фрагменты культовой языческой поэзии.

Строфы 111 и 146–164 (Ljóðatal). Эта часть представляет собой перечень восемнадцати различных заклинаний, произносимых Одином.

Упоминание Гуннлёд в строфе 13 и Фьялара (т. е. великана Суттунга?) в строфе 14 свидетельствует о том, что эти строфы представляют собой фрагменты рассказа Одина о похищении меда поэзии, т. е. фрагменты третьей части «Речей Высокого» (см. комментарий выше).

49. Деревянные мужи — вырезанные из дерева человеческие фигуры.

51. Пять дней — срок, часто упоминаемый в древненорвежских законах.

53. У малых песчинок, у малых волн мудрости мало… — Неясное место. Другие толкуют: «малы пески малых морей, мал ум людей»; или «на малых берегах малых морей мал (ограничен) ум людей», и т. д.

72. Камень у края дороги — неотесанный могильный камень в форме стоячей плиты или обелиска, часто с рунической надписью. Такие камни ставились в Норвегии в языческую пору.

74. Ночь тому не страшна, кто сделал запасы. — Эта пословица имеет в виду условия плаванья в норвежских шхерах: плыли только днем, а с наступлением вечера причаливали к берегу и готовили пищу на костре.
Коротки реи. — Другие толкуют: «коротки нары на судне».

Строфы 76 и 77 обычно считаются суммирующими мировоззрение эпохи.

78. Фитьюнг — то ли «жирный», то ли «житель Фитьяра» (Фитьяр — селение в устье Хардангерфьорда в Норвегии).

80. Вещий — Один. Возможно, что строфа 80 относится к пятой части (см. комментарий выше).

81. …жен — на костре — во время погребения, т. е. после смерти. Сожжение умерших на костре
практиковалось в Скандинавии только до середины IX в. В Исландии этого обычая вообще не было.

83. …коня купи тощего, меч — заржавелый — они тогда дешевле.
…корми… пса — у чужих — он тогда будет голодный и злой.

84. …на колесе их слеплено сердце — на гончарном колесе.

104. Typc — великан, т. е. Суттунг.

Сюжетная основа строф 104–110 — миф о меде поэзии, известный по «Младшей Эдде». При заключении мира между асами и ванами (см. прим. к «Прорицанию вёльвы») слюна тех и других была собрана в сосуд и из нее сделан мудрый человек по имени Квасир. Два карлика — Фьялар и Галар — убили Квасира и смешали его кровь с пчелиным медом. Всякий, кто пил получившийся таким образом напиток, т. е. «мед поэзии», становился поэтом или мудрецом. Карлики затем убили великана Гиллинга, и им пришлось отдать мед поэзии как выкуп Суттунгу, сыну Гиллинга. Суттунг держал мед поэзии в горе Хнитбьёрг под охраной своей дочери Гуннлёд. Желая добыть мед поэзии, Один нанялся работать к Бауги, брату Суттунга, назвавшись Бёльверком («злодеем») и предварительно погубив девятерых работников Суттунга. В награду за работу он потребовал глоток меда поэзии. Бауги привел Одина к Суттунгу, но тот не дал ему ни глотка. Тогда Бауги просверлил гору буравом по имени Рати, Один проскользнул в образе змеи в отверстие, проник к Гуннлёд, соблазнил ее, выпил весь мед и, приняв образ орла, вернулся в Асгард, где мед поэзии с тех пор хранится. Некоторые современные исследователи возводят этот миф к эпохе индоевропейской общности.

106. Стены ётунов — скалы.

107. Одрёрир — «приводящий дух в движение», т. е. мед поэзии, также один из трех сосудов, в которых мед поэзии хранился у Суттунга.
Дом священный людей покровителя — Вальгалла, жилище Одина.

109. Хримтурсы — «великаны инея».
Содержание строф 109 и 110 неясно. В «Младшей Эдде» эта часть мифа о меде поэзии не имеет никакого соответствия.

110. Клятву… дал на кольце. — Священное кольцо, на котором давали клятвы, хранилось в языческом храме. Такие кольца засвидетельствованы также у готов.

111. Тул — по-видимому, в языческое время так первоначально назывался тот, кто произносил священные тексты и был носителем всякой мудрости, т. е. жрец. Но в языке Эдды это слово имеет неясное и очень широкое значение.

Источник Урд — см. «Прорицание вёльвы», строфу 19.

Строфа 126 имеет в виду условия, когда еще не выделились ремесла.

138. Миф о том, как Один повесился, пронзив самого себя копьем, на мировом древе, чтобы обрести знание рун (т. е. тайные знания), сопоставляют с шаманскими обрядами. Добровольное ритуальное мученичество имеет целью вызвать у себя экстатическое состояние, т. е. является формой камлания.
140. Бестла — мать Одина и дочь великана Бёльторна.

Одрёрир — см. прим. к строфе 107.

142. Хрофт — Один.
…их окрасил… — Руны окрашивались кровью.

144. Умеешь раздать — разделить принесенных в жертву животных и раздать присутствующим (?).

145. Тунд — Один.

151. …корнями вздумал вредить мне — нарезав на корне магические руны.

156. …в щит я пою… — Это место сопоставляют с известным местом у Тацита, где рассказывается, что германские воины пели в щит, что называлось barditus.

158. …водою младенца могу освятить… — Обычай опрыскивать младенца водой при наречении имени существовал и до введения христианства.

160. Тьодрёрир — имя карлика.
Деллинг — отец дня (см. «Речи Вафтруднира», строфу 25).

162. Лоддфафнир — ср. строфы 112 след.
 
Форум о таро, хиромантии, рунах (практика, обучение) » Руны » Руны теория » Скандинавские мифы
Страница 1 из 11
Поиск: